Закрыть

Общество

Газа: всё не так, как вчера

 

Мы приехали в Газу в дождь. Палестинцы говорят, что дождь напоминает людям о любви к ближнему и состраданию к обездоленному.  Хотя там все напоминает об обездоленности и горе. Особенно понимаешь это в лагере беженцев Джабалия.

Это – удивительное место. Здесь живет примерно 75% населения всего Сектора — это палестинцы, чьи предки были изгнаны со своих земель в далеком 48-м году. Они поселились в палатки с твердой уверенностью, что это временный дом и скоро они вернутся на родину. Но вот уже 65 лет они живут этим ожиданием.

Но, несмотря на вопиющую нищету, никуда не уезжают с этого крошечного клочка земли – даже в соседние города Сектора. Потому что это будет означать, что они смирились с оккупацией.

Это ковровые бомбардировки, а не «точечные удары»

Дом 20-летнего Мустафы разрушила в последнюю войну израильская авиация. Он вспоминает, как самолет F-16 сбросил на их дом в Джабалии бомбу, когда вся семья собралась у телевизора.

Раненного Мустафу спасли палестинские врачи, но под обломками погибли его отец и малолетние брат с сестрой. А маму до сих пор лечат в Египте. На попечении Мустафы остались 19-летняя больная сестра и 2-летний брат.

В лагере беженцев Джабалия живет примерно 75% населения всего Сектора – это палестинцы, чьи предки были изгнаны со своих земель в далеком 48-м году

Израильская пропаганда любит твердить о нанесении точечных ударах по террористам. Но можно ли говорить о «точечных ударах» в одном из самых густонаселенных местах на планете.

В госпитале «Шифа», где лечили Мустафу, нам рассказали о жертвах «точечных ударов». За восемь дней войны в эту больницу сектора привезли более 200 раненных – детей, стариков, женщин.

Руководитель приемного покоя, доктор Айман аль-Сахбани все время повторяет, что они оказывали помощь только мирному населению, но ни одного  бойца к ним не поступило. «Людей приносили каждые полчаса, и все — с многочисленными ранениями. Всюду кровь, крики детей, женщин, а врачей, чтобы им помочь, не хватало, хотя работали по 24 часа в сутки», —  говорит доктор Айман.

Он ведет нас по палатам «Шифы». Доктор, как и многие врачи Газы, учился в СССР, в Одессе. Домой доктор вернулся с женой-украинкой, поэтому  прилично говорит по-русски, хотя от волнения сбивается то на английский, то на родной арабский.

Доктор останавливается в отделении интенсивной терапии и разводит руками – небольшое помещение с тремя койками  не могло принять всех раненных. И показывает пустые полочки для  самых необходимых препаратов.

Самый крупный госпиталь Сектора Газа - "Шифа"

«Вот смотрите, лидокаин весь вышел, у интубационных трубок срок годности закончился в 2009-м, шприцы – очень плохие, да и те почти закончились. А ведь говорим о самой крупной больнице сектора, — вздыхает доктор. – Этого хватит на очень короткое время, а больных тут бывает до 500 человек в день».

Лекарств по-прежнему не хватает

После ноябрьской войны итальянские ученые исследовали характер ранений и почву и пришли к выводу, что Израиль вновь использовал против палестинцев запрещенное оружие. А ведь последствия применения этого оружия при «Литом свинце» в 2008 году видны до сих пор – это скачок раковых заболеваний и врожденных аномалий у детей.

Руководитель фармацевтического департамента Газы Ашраф Абумхади говорит, что обеспечить больницы всем необходимым просто невозможно.

«154 вида медицинских препаратов и 470 видов расходных материалов – на нуле. Более половины всех необходимых лекарств – заканчиваются. Не хватает препаратов для операционных и реанимации, лекарств для онкобольных. Даже медицинские перчатки на исходе, приходится выдавать больницам в два раза меньше, чем запрашивают, потому что в войну мы израсходовали месячный запас, — говорит Абумхади. – Дефицит такой, что  мы используем одноразовые препараты, инструменты и расходные материалы по нескольку раз».

Делегация фонда "Солидарность" с медикаментами для больниц Газы

А ведь к этой войне готовились, потому что все в Секторе знают, у Израиля есть такая традиция: поднимать бомбами рейтинг перед выборами. Удивительная страна, где политики набирают рейтинг, убивая детей и стариков… «Мы отложили все операции, которые могли подождать, чтобы съекономить дефицитные анестетики. Знали, что они понадобятся раненным», — говорит Ашраф Абумхади.

Чтобы покрывать нужды сектора в лекарствах, необходимо около 3 миллионов долларов ежемесячно. Но у Газы, не имеющей даже собственного бюджета, таких средств нет. «Мы зависим от гуманитарной помощи. Но медикаменты от различных организаций и ЕС поступают к нам через Западный берег. Газе выделяют только 20% от пожертвованных лекарств. Но и они должны пройти через израильские посты, где  задерживаются месяцами. И, без должного хранения – портятся», — объясняет Абумхади.

Как изменилась Газа после арабской весны?

После арабской революции появилась возможность везти гуманитарную помощь через египетский пост Рафах. Так доставила в Газу лекарства и наша делегация. Фонд «Солидарность» привез редкие лекарства для почечных и нервных заболеваний и препараты для проведения операций. Их запаса больницам Газы хватит на несколько месяцев.

Но, несмотря на помощь, дефицит лекарств в Секторе не исчез. Все потому что тут очень высокий уровень тяжелых заболеваний среди детей – от «грязных» бомб, плохой воды и воздуха. И потому что Газа все еще в блокаде. Существование туннелей, через которые ввозят и лекарства, и стройматериалы, и еду – не решают проблему кардинально. Как и пять тысяч лампочек на солнечных батареях, привезенные из Малайзии для жителей блокадного Сектора, не решают проблемы нехватки электричества в операционных палестинских больниц.

«Мы нуждаемся не только в лекарствах и в запчастях для сломанного оборудования, но и в бесперебойном электроснабжении. Отключение света во время операций всегда заканчивается смертельным исходом», – говорит доктор Насыр Ат-Татыр, возглавляющий Ассоциацию врачей «Шифы».

Но больше всего тут не хватает свободы

Главной помощью Газе – будет снятие блокады. Ведь пока граница, море и небо сектора под властью Израиля, нечего и говорить о восстановлении экономики, здравоохранения, инфраструктуры.

Каждую гуманитарную миссию, приезжающую в сектор, будь то делегации из Италии, Малайзии, Индонезии, или наша небольшая команда волонтеров и журналистов из России, палестинцы встречают с радостью и благодарят не только благотворительную помощь, но и за поддержку в борьбе с блокадой и оккупацией.

«Газа страдает не только от экономической блокады, но и информационной. Поэтому мы привезли сюда не только лекарства, но и  тех, кто сможет рассказать о Газе, то есть прорвать эту информационную блокаду», — поясняет приехавший с нами писатель Сергей Шаргунов палестинским журналистам.

Сироты из приюта "Амаль" с подарками - рисунками и открытками от российских школьников

«Мир изменился – прошли революции в исламских странах, и многие европейские страны, видя преступления Израиля, высказываются в поддержку Газы», — говорит министр здравоохранения Газы Муфид Мухаллатати.

В детском доме «Амаль» молоденькая учительница Юсар, которая занимается еще и волонтерством, учится и работает журналистом, ведет меня по коридорам приюта, где над дверью каждой детской комнаты закреплена табличка с названием и фотографией города, из которых изгнали палестинцев.

«Тут у нас Аскалян, Яффа, Аль-Кудс. Все они сейчас оккупированы, но мы их освободим», — говорит она уверено.

Это может показаться странным, но уверенности ей придает последняя война.

«В 2008 году нас уничтожали, это была бойня. И было очень страшно. Но в ноябре – была война, потому что палестинцы показали, что могут бороться. Мы сражались с сильным Израилем, и он уступил. Как в истории с Давидом и Голиафом», — поясняет Юсар.

Следы поражения «Голиафа»

Об этом говорят люди. В женском центре, где работают русскоязычные мусульманки из России и стран СНГ, которые вышли замуж на палестинцев и переехали жить в Газу, полны надежд. «В прошлую войну мы были просто оторваны от мира – не было света, не работало телевидение, и мы даже не знали, что происходит. В этот раз было не так страшно. И мы чувствовали, что есть защита, что наши дают отпор и борются. Морально это очень поддерживало», — говорит учительница из России Джаннат.

Об этом говорят прилавки на утреннем рыбном рынке – подписывая перемирие, Израиль согласился на то, чтобы палестинские  рыбаки, не опасаясь быть обстрелянными израильскими ВМС, могли выходить в море на 10 километров вместо прежних трех. Раньше, несмотря на то, что Газа – прибрежный город, рыбу приходилось привозить по туннелям. Ведь ее практически не осталось в «разрешенных» трех милях.

Об этом говорят и аккуратные саженцы и грядки на приграничных землях. Мы стоим примерно в километре от израильского КПП «Эрец». Палестинские фермеры объясняют, что раньше нельзя было и подумать, что они смогут так близко подойти к границе — запретная зона начиналась задолго до этого места. «Мы можем подойти даже ближе, и ничего не будет. Раньше по нам уже начали бы стрелять», — поясняет палестинец. Вернув себе этот маленький кусочек земли, деятельные фермеры тут же взялись обрабатывать почву.

О поражении «Голиафа» говорят даже флаги разных государств, гордо торчащие из груды обломков, оставшейся от здания Совета министров. Возле него по-прежнему несут службу полицейские.

«Чтобы поддержать Газу, приезжает много делегаций. Пройдет время – и это здание, как и все остальные, начнут отстраивать вновь. Из стройматериалов, провезенных через туннели. А может, и блокаде скоро конец», — с улыбкой говорит молоденький сотрудник палестинского отделения Союза арабских врачей Ислам.

…А разрушенный дом семьи Мустафы сейчас отстраивается заново. Его по кирпичику восстанавливают соседи — такие же бедняки из лагеря Джабалия.


Выбор читателей


Расскажите друзьям. Поддержите сайт в соцсетях